Глава I. Всему свое время

/Истоки сексуальности шестиклассника/

Сексуальная моя активность началась не слишком рано, особенно по современным понятиям. Нынче стало модно обязательно выглядеть сексуальными монстрами, доводившими до множественных оргазмов уже свою первую учительницу. Вот все и стараются, напрягают воображение, пытаясь убедить себя и окружающих в собственной постельной крутизне и продвинутости. А уж при всей анонимности Интернета – каждая тюлька беззастенчиво изображает себя керченской селедкой.

Я бы тоже мог.… Но! Лично я считаю, что все в жизни человека должно происходить в свое время. Плюс минус.… Сначала зубки режутся, потом усы начинают расти ну а потом… уже потом все остальное.

Представьте себе, что ваш поезд идет с опережением графика.… Представили? Хорошо, если это он на конечную станцию приходит раньше времени, и вы еще вчера заняли свое место, согласно купленных билетов. А если нет? А если вам еще до вокзала на трамвае полчаса пилить? Скандал! Вот такие вот на этот счет возникают мысли. Но это теперь с высоты прожитых лет или из глубины могилы… не знаю.

Значит классе в 6-м, я, как все, конечно начал интересоваться девушками. Хотя «интересоваться» это наверное все же громко сказано. И «девушки» еще таковыми являлись лишь с большой натяжкой, и интересовался я лишь постольку, поскольку было «надо». В шкале приоритетов «это дело» еще даже не вскарабкалось в подобающую ему верхнюю – ТОП позицию. Скажем проще – я стал с интересом всматриваться в выпуклости, начавшие оттопыривать маечки особенно скороспелых одноклассниц во время занятий физкультурой.

На самом деле в этот период у пацанов самая большая опасность найти приключения на свое мягкое место. Заниматься фигней уже как-то несолидно… а до взрослых дел еще не допускают. Вот и ищут себя пацаны, со всей неуемной энергией. И часто таки находят.

Так и с сексом. Зачем он и почему пока неясно, но смутные подозрения беспокоят снаружи, а гормоны распирают изнутри. И равновесие это, если его вообще можно назвать равновесием, не слишком устойчивое.

В те годы среди моих сверстников было «модно» выбрать себе девочку и влюбиться в нее безответно. Я бы пожалуй сказал «безвопросно», потому как сам предмет обожания о твоих пламенных чувствах даже и не подозревал.

Безопаснее всего было влюбиться в некую «девочку из другой школы», или вовсе сгенерировать виртуальную – то есть попросту, придумать. В таком случае правила игры соблюдались, а делать ничего не надо было.

Собственно я именно так и поступил. «Влюбился» в дочку знакомых моих родителей, с которой виделся примерно дважды в году. Она не болталась под ногами и не мешала сосредоточиться на пацанских забавах вроде рогаток и взрывпакетов. И даже от чтения книг не отвлекала…

В нашем 6-В был свой секс-символ – классная руководительница и училка биологии Оля – молоденькая татарочка – свежая выпускница пединститута. Чудо какая миленькая. Все в неё были тайно влюблены. Когда она обьясняла урок, я пускал ей в глаза зайчиков, пользуясь для этого подаренными братом крупнейшими в мире часами “Электроника”. Она сердилась и потешно морщила носик.

Мы тогда начали проводить некое подобие дискотек – сдвигали к стенам столы в кабинете биологии и танцевали под чей-то кассетник. Так за нашей Олей стояла очередь, ведомых смутным желанием подержать в руках настоящую взрослую девушку, двенадцатилетних недорослей.

Я вообще очень на запахи чувствителен – как собака. И запахи хорошо различаю и долго помню, но как пахла она, совсем не помню. Наверное, какими-то недорогими духами. Собаки, кстати, с годами тоже забывают запахи.

Помню, один раз на такую «классную» дискотеку, одноклассник Игорь приволок, каким-то чудом выпросив у отца, кассетный стереомагнитофон Весна 201 с двумя колонками. Чудо отечественной электроники юбилейной Олимпийской серии!

Акустика в классе была никакая, и громкости не хватало. Тогда я выручил ситуацию. Притащил свою видавшую виды Весну 306 модернизированную мной же, я вообще был очень изобретательным ребенком, а с ее выхода кинул шнур на вход 201-ой, которую мы включили на запись. Уверен что те кто в теме понимают о чем я. Ползунки уровня записи вперед, громкости вперед и от рева дрожат стекла. К нам даже с вечера старшеклассников пришли просить, чтоб тише сделали. А искажения в советской аппаратуре были хоть так хоть так.

Что мы тогда слушали? Аббу с Бониэмом какие-нибудь, наверное, да Оттаван с Арабесками. Точно уже и не помню.

Расходились по домам оглохшие, но безумно счастливые и даже какие-то повзрослевшие. Совсем еще мальчишки, смущенные и взволнованные дыханием одним воздухом с очаровательной и такой недосягаемо взрослой девушкой. То, что там было еще полторы дюжины, вполне досягаемых и поэтому не столь желанных, обуреваемых примерно такими же чувствами противоположной полярности ровесниц – неважно.

Самое смешное, что ввиду отсутствия даже минимального сексуального воспитания, ведь у нас в СССРе СЕКСА тогда еще не было, не говоря уже об опыте, все эти волнения были совершенно платонического свойства. Что вполне естественно – это ведь шестой класс и детишкам то всего по 12.

Стали отключать шнуры и с ужасом увидели, что пластик внешнего блока питания Весны 201 расплавился до уродливого черного месива, с плавающим в нем оранжевым глазком неоновой лампочки. При этом чудо советской электроники продолжало невозмутимо работать! Броня крепка!

Не знаю как Игорь тогда объяснялся с отцом, но больше магнитофон он не приносил.

Такие вечеринки стали нашей традицией, и мы их почти регулярно повторяли, примерно с тем же успехом. Приносили домашние тортики и печенья, компотик для охлаждения разогретых плясками организмов, и получали от всего этого массу удовольствия.

По окончании учебного года, наша Оля скоропостижно вышла замуж, и скрылась в неизвестном направлении, повиливая округлившимся животиком. Больше я ее не видел, но секс-символом того времени она осталась навсегда. Надеюсь у нее все хорошо.

Нас же, ждали впереди счастливое детство, гранит науки и, конечно, новые секс-символы.

Вне общеобразовательного учреждения сексуальная активность сводилась к фантазиям и мимолетным намекам на как бы секс, провороненным цензурой в кино. Белая попа секс бомбы Яковлевой, промелькнувшая в «Экипаже», долго не давала покоя пацанам. Были еще картинки в книжке о женском здоровье, да какие-то нерезкие фотки, неизвестно откуда взявшиеся, замызганные и потертые. О походе на урезанное «по самое немогу» кино «Новые Амазонки», нам, малолеткам, приходилось только мечтать.

Все изменилось. Амазонки, по нынешним меркам, кино вполне консервативное, даже почти пуританское. Яковлева, уже, поди, давно на пенсии… Во всяком случае, в постельных сценах больше, наверняка, не снимается. Из скромности, конечно. Мы стареем, наши дети подрастают, и тоже кажутся нам «распущенным поколением», каковым казались мы нашим родителям и учителям. А ведь все это как будто было вчера.

Такая неосознанная эйфория продолжалась довольно долго. Уже, будучи в восьмом классе я очень смутно себе представлял, как «подцепить» девушку. Не знаю, уж как там было у других. О своих успехах рассказывают все, но на деле обычно оно куда скромнее. Я мачо-акселератом не был, и слишком большой популярностью, среди первых красавиц класса, не пользовался. Ну а внимания не первых, со свойственным молодости максимализмом, и сам не искал. Так что в моих багдадах все, до поры до времени, было спокойно.

«Это дело», однако, занимало все больше и больше мыслей. Наверное, пропорционально размеру непрерывно подрастающих под маечками и шортиками одноклассниц выпуклостей. Хотя какие там мысли в отравленном гормонами мозгу подростка?

читаем дальше

Leave a Reply