Глава V. Укротительница

/Почти непристойное предложение/

“Была у меня одна укротительница…
Так вот, любила она меня безумно!”
Гриша 6х9

Все бы так вяло и продолжалось еще какое-то время, если бы не женская инициатива, о причинах которой я порассуждал в предыдущей главе.

Как-то раз, во время перемены меня отозвала староста класса и быстро оглянувшись по сторонам, и заметно смущаясь, вдруг… пригласила меня в кино… Вот это поворот! Самое лучшее слово для описания моего состояния в тот момент будет – я опупел.

Барышня она была видная. Высокая, стройная, со светлыми очень курчавыми волосами и большими серо-зелеными глазами. Она всегда опрятно выглядела в своем приталенном школьном платье, с трогательным на почти взрослой девушке, белоснежным накрахмаленным фартучком.

Интересно, что девушки одного со мной роста, отнюдь не исполинского, всегда мне виделись эдакими каланчами. Обман зрения какой-то…

Помимо роста, она еще и держалась всегда надменно, даже высокомерно, а оттого казалась ну совершенно неприступной. Максимум на что я мог рассчитывать – это созерцание того, что и так открыто для всеобщего обозрения. Открыто, впрочем, было совсем немного.

Носительницы самопальных мини и декольте ретиво отфильтровывались комсомолом и администрацией и отправлялись домой для приобретения подобающего советской школьнице облика. Каждое утро представители комитета комсомола эдакой плотиной целомудрия перекрывали путь в храм науки тем барышням, что посмели воспользоваться косметикой, одеть что-нибудь эдакое или даже просто прийти с серьгами в ушах.

Озабоченные нравственностью поколений грядущих учителя брали нарушительниц на заметку и заставляли восстанавливать монашеский порядок. Наивные… Они думали, что отсутствие серег в девичьих ушах делало их (девиц вместе с ушами) менее привлекательными для отравленных гормонами недозревших мужских организмов. Да мы просто не замечали тогда этих глупых побрякушек из желтого металла – пережиток первобытно общинного строя. В этом возрасте девочки еще не нуждаются в гриме для привлечения здорового внимания противоположного пола, а жаждавшие нездорового – сполна получали его в свободное от уроков время. Нас же волновали исключительно первичные, вторичные и еще какие-то там половые признаки. А они при любом удобном случае рвались наружу даже из-под строгой школьной формы практичного коричневого цвета.

Да, так вот… Было в ней что-то эдакое – какой-то чертик… некая сила и даже властность. Отсюда, наверное, и должность старосты класса, ну и данное мной спустя годы кодовое имя: “Укротительница”. Умела она как-то так стать – руки в боки, стрельнуть своим нервно-паралитическим взглядом из-под надменно изогнутых бровей. И улыбалась еще при этом так презрительно, демонстрируя свои слегка выдающиеся верхние клыки. Шутки шутками, но без слов ставила на место большинство школьных хамов-похабников. Если взгляд не помогал, тогда она говорила – цедила презрительно что-то, почти не размыкая губ. Обычно дальше дело не заходило. Охальник смиренно направлялся исполнять обязанности дежурного, ну или что там от него требовалось. Да и я сам, если честно, иначе как старосту её не воспринимал.

И вот такая девушка САМА пригласила меня сходить с ней в кино! Представляете мою реакцию? Не думаю… Я, кажется, здорово тогда струсил. Скорее всего, испугался, что надо мной как-то изощренно подшучивают или издеваются. Вроде нынешней скрытой камеры… Кроме внешнего вида, подростки еще озабочены тем, чтобы не выглядеть смешно тогда когда им самим этого не хочется.
Обычно шутил я. Вообще я был большой весельчак и говорил всегда в ироничной манере. Впрочем, рамки приличия переходил крайне редко, поэтому на меня обычно не обижались.

Испугавшись, я наверное слишком заметно шарахнулся от неожиданной поклонницы, потому что она так хитро улыбнулась, чем напрягла меня еще больше. Отшутился я тогда, сказав, что-то вроде, ну кто ж с тобой откажется – начальство все-таки…, да еще, если кино интересное… буду безумно счастлив… итд итп и поспешил по своим делам от греха подальше.

На уроке, задумчиво обводя глазами класс в поисках рифмы, вдруг встретился с её взглядом. Ошибиться было невозможно. В широко распахнутых серо-зеленых глазах читались заинтересованность, ирония и вопрос, но никак не насмешка или издевка. Читались легко и прозрачно, как на сеансе иридодиагностики у опытного шарлатана.

Я не верил своим глазам. Боялся верить или боялся что это может оказаться… правдой. Даже и не знаю чего больше. Не, ну неужели ОНА могла вот так просто взять и заинтересоваться мной?! Нет! Втрескаться! Да, непременно втрескаться в меня по уши. Хм… И чем я таким отличился?

С другой стороны, ничего удивительного в этом нет. Одним женщинам нравятся грубые и сильные мачо, а другим умные, милые, интеллигентные и скромные парни, вроде меня. В юности я не был циничен как теперь, писал стихи о любви (неразделенной, как и полагается настоящему поэту) ну и так о том, о сем понемногу. В общем, поразмыслив о себе достойном, я немало воодушевился. Потом подумал об этом еще чуть-чуть на сон грядущий и благополучно забыл.

читаем дальше

Начало истории и ссылки на другие главки тут

Leave a Reply